СР, 20 января 2021 | В Нижнем Тагиле:-14.7°C

Тагильский бизнесмен добивается возбуждения уголовного дела из-за незаконного использования его имущества, которое арестовали

Бизнесмен Вадим Батарев из Нижнего Тагила, которому принадлежат заправки бренда «Уралконтрактнефть», с мая добивается возбуждения уголовного дела о незаконном использовании его автоцистерн. Но по всем заявлениям ему приходят отказы – ведомства, которые должны стоять на страже соблюдения закона, закрывают глаза на нарушение прав, говорит бизнесмен.

«Уралконтракт НТ» — старейший трейдер ГСМ в Нижнем Тагиле. Вадим Батарев — 100% владелец этой компании. Вместе с Михаилом Диденко и Евгением Поповым он также является учредителем и основателем торговых центров «Александровский пассаж» и «Квадрат». Директор обоих ТЦ – Алексей Фертиков.

«Уралконтракт НТ» сейчас проходит процедуру банкротства. В результате цепочки событий бензовозы, принадлежащие Батареву, были арестованы судебными приставами. Их передали на ответственное хранение Алексею Фертикову. По закону, в этом случае бензовозы никому нельзя было использовать без письменного согласия судебного пристава – это прописано в статье 86 федерального закона №229 о деятельности судебных приставов. Но технику неоднократно замечали на дорогах.

«На ответственное хранение мои бензовозы были переданы одному из представителей кредиторов Алексею Фертикову и доставлены на специализированную автостоянку в Нижнем Тагиле на Космонавтов, 7. Ни я, ни кто-либо другой не имел права ими распоряжаться. Однако цистерны вовсю колесили по городу и за его пределами», — рассказывает бизнесмен Вадим Батарев.

О том, что автоцистерны, принадлежащие Батареву, передвигались по городу и за его чертой в то время, когда должны были стоять на охраняемой стоянке без возможности использования, бизнесмену не раз сообщали его родственники и друзья. Предприниматель собирал фото и видео очевидцев, выгружал данные из системы Глонасс и GPS-навигации. А когда получил сообщение о том, что его груженая техника мчит по трассе Нижний Тагил — Невьянск — Екатеринбург, и вовсе отправился за ней в погоню.

  • 1/5

     

  • 2/5

     

  • 3/5

     

  • 4/5

     

  • 5/5

     

«Когда мою машину засекли за пределами Тагила, я отправился за ней. Машина была загружена топливом, — это было очевидно из-за включенных проблесковых маячков на баках, — но не по моему распоряжению. Кто использовал транспортные средства, мне было неизвестно. Погоня была просто образцово-показательной: со слежкой, полицией, с задержаниями и со “счастливым” концом. Тогда всех отпустили, транспорт поставили на стоянку», — рассказал Вадим Батарев.

В тот же день, 26 октября 2019 года, когда цистерны были обнаружены за пределами Нижнего Тагила, Вадим Батарев заявил об угоне принадлежащих ему транспортных средств. Формального решения по этому заявлению до сих пор не принято, хотя прошло 9 месяцев.

Для того, чтобы с арестованным имуществом не совершали ничего незаконного, судебный пристав-исполнитель должен систематически проверять, как оно хранится. Это в теории. На практике же Батарев пришёл к выводу, что «бывшие партнёры добиваются его банкротства, кредиторы уже поделили имущество, а те, кто должен стоять на страже закона, остаются в стороне».

«В службу приставов я не раз заявлял о том, что мои автоцистерны спокойно и беспрепятственно развозят топливо по АЗС. Мои доводы не принимались. Тогда я пожаловался на пристава в суд. И потребовал изъять у Алексея Фертикова моё имущество. В то время, когда я мог зарабатывать с помощью этой техники и отдавать долги, которые мне подкинули мои же партнеры, я не имел этой возможности. Зато другие на этом зарабатывали», — удивляется ситуации Вадим Батарев.

На суде пристав-исполнитель пояснила, что автоцистерны, принадлежащие Батареву, действительно передвигались, но сделано это было потому, что она приняла решение о смене места хранения. Их нужно было перегнать с Космонавтов, 7 на Кленовую, 1а.

«Утверждения о том, что автоцистерна передвигалась в связи со сменой места хранения, не соответствовали действительности и противоречили фактам. Во-первых, машина двигалась из Невьянска в Тагил. Во-вторых, она была заполнена топливом. В дальнейшем машину, действительно, переместили, но случилось это после погони. Когда кто-то кого-то попросил не наглеть. Я полагаю так», — рассуждает Вадим Батарев.

Факты нарушения хранения арестованных цистерн Ленинский районный суд Нижнего Тагила признал. Постановление судебного пристава-исполнителя об отказе в удовлетворении ходатайства Батарева об изменении ответственного хранителя арестованного имущества тоже были признаны незаконными.

«Предоставленными в материалах административного дела доказательствами был достоверно установлен факт использования третьими лицами принадлежащего Батареву транспорта. Кроме того, подтвердился и факт перевозки в цистерне топлива и его слива», — говорится в постановлении суда.

Вместе с требованием о смене ответственного хранителя арестованных машин Батарев написал заявления в различные инстанции. Он надеялся добиться привлечения к уголовной ответственности за то, что его цистерны незаконно использовались. Уголовный кодекс предусматривает таковую – в статье 312 «Незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации». Компетентные органы, надеялся бизнесмен, разберутся, кто нарушил правила хранения и кому были незаконно передан цистерны для использования.

«Но в возбуждении уголовного дела мне отказали. С короткой формулировкой: «Принято решение отказать», — негодует Батарев.

Алексей Фертиков историю с бензовозами комментировать отказался.

Мы отправили запрос приставам с просьбой прокомментировать результаты рассмотрения указанного заявления и предпринятые по нему действия. В ответе, полученном из УФССП по Свердловской области за подписью начальника отдела по взаимодействию со СМИ Юлии Пьянковой, — всё те же слова об отсутствии признаков преступления:

«По заявлению от 28.05.2020 от должника Б. о привлечении к уголовной ответственности по ст. 312 УК РФ представителя взыскателя – ответственного хранителя арестованного имущества 19.06.2020 принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку в представленных материалах отсутствует совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих растрату, отчуждение, сокрытие или незаконную передачу имущества, подвергнутого аресту».

С юридической точки зрения можно было бы отнестись с недоверием к тому, что говорит Батарев, если бы он ссылался в качестве доказательства только на показания родственников, заметивших его цистерны на дорогах. Но по какой причине игнорируется решение суда, согласившегося с бизнесменом – не ясно.

Получается, что достоверно установив факт незаконного использования арестованного имущества, органы предварительного следствия почему-то не видят состав преступления, несмотря на то, что, с точки зрения бизнесмена, он очевиден.

«Есть решение Ленинского районного суда Нижнего Тагила, вступившее в законную силу, где прямо установлен факт эксплуатации этих самых цистерн. Судом зафиксировано и то, что цистерна не просто передвигалась с места на место, что было бы уместно при смене места хранения, а перевозила за пределами города нефтепродукты. В данном случае речь идёт о преюдиции», — комментируют знакомые с историей Батарева юристы.

Преюдиция предусмотрена статьёй 90 Уголовно-процессуального кодекса России. Она гласит, что «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда<…> признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки».

Вадим Батарев намерен добиваться справедливости в Следственном комитете и прокуратуре.

Поделиться в соц. сетях
Ошибка в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter
Система Orphus